А. Бородин
Половецкие пляски
из оперы «Князь Игорь»
Хореография Михаила ФОКИНА
Дирижер – Андрей ДАНИЛОВ
Балетмейстер-постановщик – Сергей ВИХАРЕВ
Художник-постановщик – Лауреат Государственной премии России, Заслуженный деятель искусств России Игорь ГРИНЕВИЧ
Хормейстер-постановщик – Заслуженный деятель искусств России Вячеслав ПОДЪЕЛЬСКИЙ
Хормейстер – Сергей ТЕНИТИЛОВ
Премьера состоялась 3 июня 2000 г.
Краткое содержание балета
Половецкие пляски – сцена из второго действия оперы «Князь Игорь». Действие происходит в половецком стане, когда по велению хана Кончака половецкие пленники и пленницы развлекают князя Игоря восточными плясками — то плавными, томными, полными неги, то стремительно огненными.
Половецкие пляски существуют и как самостоятельный хореографический номер, который часто исполняется в балетных дивертисментах. Одна из самых замечательных хореографических версий Половецких плясок сделана выдающимся русским хореографом Михаилом Фокиным (1909, «Русские сезоны», Париж и Мариинский театр).
Из книги Михаила Фокина «Против течения»:
«О постановке «Половецких плясок» (которую я считаю одной из самых важных своих работ) я хочу сказать особо... В «Половецких танцах» я старался дать пример выразительного массового танца.
До этого задачи кордебалета сводились, главным образом, к фону для танцев балерины или солистов, к аккомпанементу. Были танцы кордебалета без участия солистов совершенно. Все же задачи его сводились к орнаменту в движении, к объединению в одном ритме танцующих... Но о выражении чувств, об экстазе, о душевном подъеме с кордебалетом не говорили. Создать танец волнующий, возбуждающий, было моей интересной задачей. <...> Мне казалось: что я знаю о танцах половцев? Как вообще история мало знает об этом диком народе!.. Отсутствие материалов и восторг перед музыкой, которую так страшно испортить, смущали меня, и я готов был уклониться от постановки. Дягилев, предлагая мне поставить танцы для оперы, акт из которой давался в Paris, говорил: «Вы это отлично сделаете...», Н.К. Рерих, которому поручены были декорации и костюмы к «Игорю», сказал мне: «Я уверен, вы сделаете что-нибудь замечательное». И я поверил им и приступил.
Откуда брались мои pas? Я бы сказал — из музыки. Иногда я приступал к постановке во всеоружии, напитавшись историческими, этнографическими, музейными и книжными материалами. На этот раз я пришел с нотами Бородина под мышкой, и это было все мое оружие.
Насколько я колебался до начала работы, настолько я был уверен в себе, когда начал <...> постановку. Никто не мог бы сбить меня. Все рисовалось мне ясно, и я верил, что если половцы танцевали и не так, то под оркестр Бородина они должны были танцевать именно так. <...> Впоследствии, и даже очень скоро, эти танцы стали гордостью дягилевской антрепризы и одной из самых больших побед русского балета».
